 |
 |
||||||||||||||
|
Подписной индекс
Каталог «Почта России» подписной индекс - 14406 Personal tools
|
ПоэзияВиктор Верстаков. Людмила Хрипкова. Осенний сад, пожухлая листва, дебют Владимир Скиф. Живому сердцу одиноко Елена Александренко. Я снова на стихи обречена Александр Егоров. Морошковые зерна Виталий Павлюк. Я отражаюсь в твоем окне, дебют Виктор Верстаков
«Свои своих из под брони косили»
Свои своих из-под брони косили. Не хочется ни верить, ни служить. И все же — без Москвы жила Россия, Без армии России не прожить.
Виновные ответят поименно За пулеметно-пушечный расстрел. Но наши офицерские погоны Господь еще снимать нам не велел.
И пусть неувядаемым позором Придворные овеялись полки, — Есть в армии законы, по которым Грехи смывают сами штрафники.
Отныне не кричать: «Москва за нами!», Но, стиснув зубы, верить под огнем, Что русское простреленное знамя Мы все-таки поднимем над Кремлем.
«Нас война догоняет потерей друзей» Нас война догоняет потерей друзей, болью ран и бессонницей злою. Сдать бы горькую память в афганский музей и навеки вернуться из боя.
Вот прилег на кровать, а лежишь на скале, и от снайпера некуда скрыться. Посмотрел на окно — там в предутренней мгле полыхают знакомые лица.
Есть другие друзья, есть другая любовь, перед ними ты нынче в ответе, но былая война проступает, как кровь сквозь бинты в полковом лазарете.
Страха нет на душе, нет на сердце вины, да и рана давно затянулась, но живешь, словно сам не вернулся с войны иль она за тобою вернулась.
Людмила Хрипкова
«Осенний сад, пожухлая листва»
Осенний сад, пожухлая листва, Оранжевое солнце облепихи, Шипов стена Настороже в затишье. Плетется огуречная трава, Путь к ягодам надежно прикрывая, Трепещут колокольцы-семена, Участок самостийно засевая. Поранила я руки до локтей При сборе ягод, скорость черепашья, Целебный сок излечит без затей, И станут руки нежными, как бархат. Сирень давно, в июне, отцвела, Но, вспоминая пышные соцветья, Всю гамму красок в листьях собрала И заиграла сочным фиолетом. Застенчивая яблонька-дичок Краснеет мило: первые плоды, Боярыня в саду не новичок, Приветливо кивает с высоты...
Владимир Скиф
«Говорим, как медоточим»
Говорим, как медоточим, Сказки о житье-бытье. Хорошо, что в русском доме Слово вещее в знатье.
Хорошо, что мысли живы… И хоть нас вовсю толкут, Напрягает сердце жилы И не прячется в закут,
Над собою захохочет, Не имея ни гроша… Хорошо еще, что ходит На костыликах душа.
Русским словом перевиты, Как бинтами, — по душе… Хорошо, что не убиты, Хоть и прокляты уже. «Вновь поют ручьи, береговые»
Вновь поют ручьи береговые, Прилетели тысячи скворцов… Вы неужто нынче неживые, Передреев, Прасолов, Рубцов?
Вы же были певчие из певчих, Открывали Родине глаза. И чем связь с землею была крепче, Тем сильней звучали голоса.
Чем судьбы жестокой бич длиннее, Тем короче песни и пути. Прасолов, Рубцов и Передреев, На земле подобных не найти.
В вас сошлось безвременье и время Горьких и невысказанных слов. Прасолов, Рубцов и Передреев, Вас убил в ловушке птицелов.
Все сбылось, что вы нам прорицали, Кровь людскую видит ваша кровь. Стали вы прилетными скворцами, Значит живы, значит с нами вновь.
Мы вас помним. С вами ждем свиданья, Передреев, Прасолов, Рубцов… К вам теперь на ветку мирозданья Опустился Юрий Кузнецов.
Елена Александренко
«Кусочек небушка в окне»
Кусочек небушка в окне, И звездный путь давно размечен. Луна скучает в вышине… И ты не ждешь со мною встречи. Тоскою выпита до дна, Сижу над книгой бесконечной. Над головою тишина, А за спиною дышит Вечность.
Александр Егоров
«Морошковые зерна»
В краю седых гольцов и синевы озерной, Где северный олень да царственный пастух, В осеннюю страду морошковые зерна С утра сосет медведь, вовсю клюет петух.
Так было до поры, пока рукою дерзкой Из самых горных сфер не увлекли на дно. Отпетая братва из удали одесской В сознание внедрила принцип домино.
Поля, леса, дома, луга обледенели, И сами мы сердцами сильно обеднели. Заметно стало меньше рыбы в наших тонях, Все реже можно видеть перелетных птиц.
И оттого в ночи природа тихо стонет, Как рваный бредень — наша линия границ.
Виталий Павлюк
«Чайник закипит, дитя заплачет»
Чайник закипит, дитя заплачет, Телефон вскричит: «Акуккарача», Тапочки прошаркают, и голос, Пряча застоявшуюся гордость, Скажет монотонно: «Приходи», —
Кисти рук поправят бигуди, Спички разожгут огонь в камине, Выключится фильм на половине, Фото со стены в альбом метнется, Маска лицевая усмехнется.
Вытрет полотенце пыль с пластинки. У дверей появятся ботинки, Целлофан цветов зашелестит, Как алмаз, слезинка заблестит, Губы скажут: «Господи, зачем ты...» —
Сердце разыграется крещендо, Женщина внесет поднос с салатом; Голосом немного виноватым Девочка попросит молока, И при этом — взгляд исподтишка.
Ангел над столом взмахнет крылами. Поинтересуется делами Дама в платье новом и вечернем; Сделает хозяйка чай с печеньем, Озорно пошутит амазонка И сама же рассмеется звонко, Барышня зардеется смущенно, Незнакомка скажет отрешенно: «Да, конечно, не вернуть назад».
За окном наступит снегопад. |
||||||||||||||
|
|||||||||||||||
|
При любом использовании материалов, размещенных на сайте, ссылка на http://www.journaldalniyvostok.ru обязательна. При полной или частичной перепечатке материалов в Интернете гиперссылка на http://www.journaldalniyvostok.ru обязательна.
Сайт разработан компанией "Сумма Технологий"
|
